Чудовище внутри меня

Агги Виггс годами живёт за плотными гардинами викторианского особняка, заполняя дни ритуалами. Это таблетка, чашка остывшего чая, бесконечный взгляд в пустую детскую. Руки, когда-то строчившие бестселлеры, едва поднимают перо. Единственная связь с внешним миром — журчание фонтана во дворе. Спокойствие нарушает переезд. В доме напротив поселяется Найл Шелдон, владелец сети ресторанов, чьё имя пресса связывает с таинственным исчезновением жены. Улыбка соседа холодна и точна, а его регулярные визиты к садовнику совпадают со странным ночным гулом генератора. Агги, ухватившись за зародившееся любопытство как за спасательный круг, вытаскивает из кладовой блокнот и приступает к заметкам. Она фиксирует часы включённого света, списки гостей, смену охранников. Она посещает библиотеку, подшивки газет напоминают о громком, но так и не раскрытом деле Шелдона.

Чем больше фрагментов складывается в замысловатый узор, тем чаще хозяйка слышит шорохи на крыльце и ловит себя на мысли, что сосед будто подсказывает сюжет. Он оставляет открытыми ворота, задерживается у окна, выбирает беседу о пропавших вещах. Агги встречает людей, которые работали в особняке Найла. Повар вспоминает разбитую вазу, бухгалтер — внезапно закрытый счёт. Следы упрямо ведут к нераскрытому исчезновению, но каждый шаг вперёд отзывается ледяным ощущением наблюдения. Она понимает, что невольно превращается из автора в персонажа, а расследование стало частью чужого сценария. Дом напротив больше не просто пейзаж за занавесью. Он втягивает женщину в историю, где грань между придумкой и опасной реальностью стирается быстрее, чем чернила в старом блокноте.