А потом мы танцевали

Мераб — наследник грузинского танца, который тренировался с самого детства. Примером тому послужили его родители, признанные народными артистами. Благодаря им он вошел в мир танца, став частью национального ансамбля. Однако столь стремительный взлет привел к тому, что Мераб возгордился. Танцор чувствует, что его талант похоронен под требованиями Алико. Хореограф, как он уверен, совсем не чувствует его подход и не хочет вносить изменения, хотя весь мир быстро меняется. Но грузинский танец не то место, где следует проявлять индивидуальность. Особенно молодого мужчину бесит то, что Мари, его партнерша, полностью согласна с Алико.